Давид Лассерсон
Давид Лассерсон обнаруживает тревожное новое направление в развлечениях на выставке неподалеку от столицы Израиля
"Если это лучшее, что у нас есть, то мы здорово отстали". Бывший солдат ЦАХАЛа играет в "Интифаду", израильскую компьютерную игру 1989 года. Графика и замысел примитивны по сегодняшним меркам.
В соседнем зале его друзья играют в "Спецназ", игру, разработанную "Хизбаллой". Здесь трехмерная графика, превосходные звуковые эффекты, много разных миссий, а во время загрузки на экране сжигают израильский флаг.
Дело происходит не в игровом комплексе, а на выставке идеологических видеоигр в Израильском центре цифрового искусства в пригороде Тель-Авива. Руководство центра хочет показать материал из арабских стран, к которому у израильского общества нет доступа со стандартных средств. Название выставки – "Запрещенные игры" – подразумевает, что все представленные здесь игры распространяются за пределами отрасли пользовательских игр.
Сложность этих игр различна, от маленьких флэш-программ, где единственная задача – ударить врага кулаком в лицо, до сложных приключений, где игрокам надо собрать информацию из разных сомнительных источников на Ближнем Востоке.
Но военные игры пользуются самым большим успехом не только потому, что они предлагают неукротимое виртуальное кровопролитие и смачные звуковые эффекты, но и потому, что они демонстрируют потрясающий потенциал игр как инструмента пропаганды.
"Спецназ" предлагает игрокам набор военных миссий в Южном Ливане против "сионистского врага". Используя реальные географические объекты, игра предлагает ответы на симуляции реальных боев, разработанные американской компанией Kuma.
Игра начинается в учебном центре, где мишенями для стрельбы являются портреты израильских лидеров. Рядом со мной бывший офицер ЦАХАЛа выпускает свой виртуальный арсенал в голову Ариэля Шарона. Он читает на своей миссии: "Ты боец спецназа Героев исламского сопротивления" – и выходит на поле боя. Ему недолго удается продержаться. "Хорошая графика. Эй, меня убили израильтяне!"
В одном тематическом зале посетителей встречают две интерпретации интифады. Сирийская игра "Метатели камней" предлагает виртуальное мученичество: игрок берет на себя роль одинокого бойца палестинского сопротивления, вооруженного только камнями против полчищ израильских солдат.
Рядом израильская игра "Интифада". Герой становится одиноким солдатом ЦАХАЛа, столкнувшимся с демонстрантами, которые швыряются камнями. Разбираясь с демонстрантами, игроки должны помнить о рейтинге армии в глазах общественного мнения и воздерживаться от применения боевых патронов. Если их действия приводят к жертвам, проходит голосование за отставку правительства, и на следующем уровне оружие становится слабее.
В центральном бомбоубежище находится игра "Аль-Каиды" "Ночь захвата Буша". Когда игрок выбирает миссию, во время загрузки на экране появляется надпись: "Джихад начинается". Эта сложная "стрелялка" начинается в американском военном лагере, где игрок должен собрать оружие и застрелить приближающихся солдат.
Но это не оригинальная работа. Игра оказывается адаптированной американской игрой "Поиски Саддама", изменены лишь роли, музыка и компоновка программ.
|
