Муна Наим
Скрытый конфликт, возникший более двух лет назад между Саудовской Аравией и Сирией, стал очевидным на фоне ливанского, палестинского и иракского кризисов. Детонатором стало заявление сирийского вице-президента Фарука аш-Шара, спровоцировавшее ответ Саудовской Аравии, тон которого свидетельствует о том, что терпение Эр-Рияда переполнено.
В среду 15 августа аш-Шара упрекнул саудовскую дипломатию в том, что она находится в "параличе", давая понять, что неспособность королевства внести вклад в урегулирование палестинского и иракского кризисов связана с подчиненностью Соединенным Штатам. Он выступил с критикой того, что представитель Саудовской Аравии отсутствовал на встрече представителей соседних с Ираком стран на предшествующей неделе в Дамаске. Он приписал Сирии основную заслугу в том, что весной этого года в Мекке удалось достичь межпалестинское соглашение, до того, как в июне произошел полный раскол между "Хамасом" и "Фатхом".
Возлагая на сирийского вице-президента и его "коллег" ответственность за "ухудшение отношений королевства с сирийским народом и правительством", Эр-Рияд обвинил его в четверг во "лжи", в "злонамеренности" и "нарушении нравов и обычаев, на которых основаны отношения между двумя арабскими странами". "Политика, выразителем которой является аш-Шара, нацелена на то, чтобы сеять хаос и несчастья в регионе", – подчеркнул в официальном коммюнике "ответственный" саудовский источник – иными словами, официальный.
Виам Вахаб и Нассер Кандил, два ливанских политика, представляющих оппозицию, связанную с Сирией, а также телеканал Al-Manar, орган "Хизбаллы", в свою очередь, возложили на Саудовскую Аравию ответственность за происходящее в Ливане. В своих раздельных заявлениях Вахаб и Кандил подвергли сомнению посредническую роль между различными ливанскими сторонами, которую играет посол Саудовской Аравии в Ливане, и обвинили королевство в том, что оно встало на сторону политического большинства. Al-Manar дошел даже до того, что заявил, что Эр-Рияд был заранее проинформирован о намерениях Израиля начать крупномасштабную войну против Страны кедров.
В течение последних трех лет разногласия между двумя странами сконцентрировались вокруг ситуации в Ираке, Ливане и Палестине. Эр-Рияд упрекает Сирию в способствовании дестабилизации в регионе, а Дамаск обвиняет королевство в том, что Саудовская Аравия действует в интересах Соединенных Штатов.
Предполагаемая поддержка, которую Дамаск и его иранский союзник оказывают "террористам" в Ираке, поддержка Сирией "Хамаса" – один из руководителей которого, Халед Машаль, живет в Дамаске – вызывает обеспокоенность у властей Саудовской Аравии. Предполагаемая причастность сирийских спецслужб к убийству в Бейруте в феврале 2005 года бывшего ливанского премьер-министра Рафика Харири, большого друга Саудовской Аравии, и активная солидарность Сирии – и Ирана – с "Хизбаллой", а также с другими ливанскими оппозиционными группировками способствовали ухудшению отношений между властями Саудовской Аравии и сирийским режимом.
Эр-Рияд и Дамаск до последнего времени воздерживались от публичных заявлений о своих разногласиях. Непосредственные контакты, осуществлявшиеся позднее при посредничестве иранцев, предпринимавшиеся с целью урегулирования ситуации, почти ни к чему не привели.
Без согласия Сирии "Хамас" не мог бы пойти на межпалестинское соглашение, заключенное в Мекке этой весной. Отвечая на этот жест доброй воли, король Абдалла бен Абдель Азиз принял с определенной теплотой сирийского президента Башара Асада в рамках арабского саммита в Эр-Рияде. Эти маленькие жесты не смогли помешать ни тому, что отношения между "Хамасом" и "Фатхом" в конечном итоге оказались полностью разорванными, ни тому, что Дамаск оспаривает целесообразность мирной конференции по Ближнему Востоку, предложенной Вашингтоном и поддержанной Эр-Риядом.
Контакты, осуществленные Саудовской Аравией с Тегераном, безусловно, позволили предотвратить столкновения между ливанскими суннитами и шиитами. Но Исламская Республика Иран между тем не смогла или не захотела использовать свое влияние в отношении своего сирийского союзника, чтобы он внес свой вклад в урегулирование ливанского кризиса. Этот публичный обмен взаимными упреками между двумя странами, имеющими бесспорное антагонистическое влияние на различные страны региона, не может способствовать урегулирование нынешних региональных конфликтов.
|
