18+
24 июня 2019 г.
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ
Загрузка...

Скоро в Израиле Умка с акустическими концертами

время публикации: 1 марта 2017 г., 14:44 | последнее обновление: 1 марта 2017 г., 14:44 блог версия для печати фото
С 8 по 13 марта с акустическими концертами выступит в Израиле Умка

С 8 по 13 марта с акустическими концертами выступит в Израиле Умка (Аня Герасимова) - рок-музыкант, поэт, литературовед и переводчик. Гастроли пройдут в Беер-Шеве, Хайфе, Тель-Авиве и Иерусалиме. В своем интервью Умка рассказывает о том, что ее волнует, о том, что не волнует, о своих последних переводах литовской поэзии и прочем рок-н-ролле.

- Приобрести билеты на концерт Умки

Вы пишете песни уже больше 30 лет, это очень много. Что изменилось за это время? Как изменились ваши песни? Как изменилось за это время ваше отношение к своим песням 30-летней давности?

Главное, что изменилось, это то, что я опять разучилась писать песни. По времени это совпало с началом так называемой войны: на некоторое время стало так тошно, что как-то не до песен, ну, а сейчас надо учиться заново, а в таком возрасте это уже сложно. Впрочем, я почти шучу. В общем, новых песен нет, и я опять не знаю, как я раньше их сочиняла. Одно время они сильно изменились, но это было уже лет десять назад. Я тогда начала писать настоящие хорошие серьезные песни, без дураков. Мы сделали четыре альбома подряд, самых главных: "Парк Победы", "600", "Ничего страшного" и "Ломать не строить". Это был самый взлет. Портом "Веселая жизнь" как финальная точка, я знала, что это мой последний альбом, я сразу так и сказала, я его записывала как последний. И все. Остальное не считается. Отношение к песням 30-летней давности не меняется: некоторые прекрасные, неувядаемые, говорю это как про чужие, со стороны: та же "Стеклянная рыбка" или "Автостопный блюз", я не вполне знаю, кто это на самом деле написал, и совершенно точно не знаю, как. И с самого начала так было, непонятно было откуда они взялись и как это вообще со мной происходит.

Вы много занимаетесь в последнее время переводами Патацкаса,Томаса Венцловы и вообще литовской литературы, и даже порою издаете их книги за свои деньги. Как так получилось? До этого были ведь переводы и Керуака, и Игги Попа, в общем - рок-н-ролл, битники и так далее. Почему вы вдруг переключились с рок-н-ролла на переводы с литовского, да еще и современной литовской литературы?

Ну, не то чтобы я переключилась. Во-первых, я вообще не люблю переводить прозу. Эти два романа Керуака - первый был сделан по большой любви, а второй просто от отчаяния на слабО, надо было не допустить издания чужого очень плохого перевода, который мне пришлось редактировать, причем практически безрезультатно, это длинная и неприятная история. Кроме этих двух романов, у Керуака переводить нечего, не в том смысле, что все переведено, а в том, что мне больше ничего не интересно: там или ползучее бытописательство, или столь же ползучий "модернизм". За исключением романа "В дороге", но он был переведен первым и не мною, и пусть. Других битников переводить неинтересно: они ничего хорошего не написали. Вот книжку про них я перевела бы, даже написала бы, но это ж целое дело... Рок-н-ролльных книжек тоже не очень много, и в основном они хреновые. Либо типа "Прошу, убей меня", где сметены на один совочек все возможные экскременты для устрашения мирного обывателя, либо, наоборот, квазинаучные штудии чистеньких мальчиков; книжка Игги - великолепное исключение. Я хотела перевести "Лайф" Кита Ричардса и даже делала какие-то движения в эту сторону, но такую махину без договора и гонорара переводить было бы мальчишеством, так что перевел кто-то другой, вроде терпимо (хотя есть там ужасные и смешные ляпы). Что касается литовцев, то они местами прекрасны. "Вообще литовскую литературу", так же как и "вообще битников", я не перевожу, например, категорически не перевожу литовскую прозу. Я перевожу только поэтов и то нескольких, а именно четырех любимых: Патацкаса, Йонинаса, Радаускаса и Венцлову. Каждому из них я сделала по книге, а Патацкасу даже три и собираюсь делать четвертую, это, кстати, рок-н-ролл в полный рост - наш Патацкас, аналогичного русского поэта нет. Я могу много говорить о каждом из этих поэтов, думаю, здесь не время и не место. Я одной ногой живу в Литве, люблю эту страну, этот язык, этот народ и его поэзию, и мне хочется что-то интересное и нужное сделать для литовской культуры. Кроме того, "во дни сомнений, во дни тягостных раздумий", когда чертово информационное поле заполонила чертова гибридная война, будь трижды прокляты все ее инициаторы и осуществители от мала до велика, - так вот, в эти нехорошие времена поэтический перевод, моя первая профессия, "один был мне надежда и опора", я утыкалась в чужой текст как в спасительный экран из чьей-то другой головы и превращалась в функцию, и, думаю, это предотвратило серьезные психические сдвиги.

"За свои деньги" - это сильно сказано. Я деньги на эти проекты, как и на всю свою деятельность, собираю по интернету и лично, причем без посредников, а просто у друзей, кто сколько даст. Деньги, кстати, небольшие, издать книгу - это максимум тыщи две долларов. Вечно должна издательству, но они хорошие друзья, печатают мне книги в долг, а потом потихоньку расплачиваюсь, с концертов, с продаж.

Ваши песни для вас же - это рок-н-ролл или все-таки литература?

Смешной вопрос. Конечно, это никак не литература, даже ни на вот столечко.

Ну хорошо, а ваши собственные стишки (как вы их называете)?

Мои стишки - ну не музыка же. Значит, наверное, литература.

Вы ставите себя категорически вне политики, а выступаете с концертами везде, куда вас зовут, будь то Крым, или же Украина. А в Донбасс с концертами не собираетесь? А если бы вас позвали с концертами в Палестинскую Автономию - поехали бы?

Не, не собираюсь, хотя звали неоднократно. Я не люблю, когда бомбят, но еще сильнее не люблю показные акции протеста или поддержки. Думаю, в Палестинскую Автономию меня вряд ли позвали бы, меня там не слушают. В Севастополь, в Киев и Харьков меня не то чтобы приглашали, я сама хотела и сама ездила, и еще поеду. У меня и там, и там близкие друзья, к которым я еду и для которых пою, и мне (как и им) наплевать, какова официальная позиция хозяев региона. Если этот вопрос - провокация, то она не удалась. Готова еще раз повторить многократно мною говоренное: все, кто делает войну, мне равно ненавистны, всем, кто является ее жертвами, я одинаково сочувствую. Ко всем политическим деятелям, правительствам, идеологиям отношусь одинаково: без энтузиазма. К политически ангажированным диванным воякам с промытыми мозгами, любых направлений, тоже одинаково: с иронией и жалостью.

К счастью, как я уже неоднократно отмечала, дураки нас практически не слушают, поэтому ни одного провокационного вопроса ни в одном из городов, где мы выступали, не было, - ни от слушателей, ни от прессы, ни даже на улице. Ни разу.

Этот вопрос - не провокация, а скорее попытка еще раз разъяснить вашу позицию по этому вопросу, тем более, что те, кто активно не следит за вашим творчеством (и за вашим фейсбуком) - не обязательно знакомы с ней. Вопрос про Палестинскую Автономию также задан не случайно и не праздный вовсе. На так называемых палестинских территориях есть немало еврейских поселений, где есть и ваши слушатели в том числе, и немало российских музыкантов там выступало (Аукцыон, Псой, Крематорий и многие другие), зачастую - неосознанно (здесь ведь нет так называемых четких границ, и где заканчивается Израиль, а где начинаются палестинские территории не очень понятно как де факто, так и юридически).

Про территории вопрос уже совсем мне непонятный. Принципиальных соображений у меня тут нет, я вообще не очень понимаю, чьи это территории и почему. Первый (и последний) раз лазила туда в 95 году, у меня там жила очень старая тетя. к которой просили заглянуть родственники. Я ее нашла по адресу, приехала автостопом и просто пешком пришла по холмам, мне что-то кричали, сигналили с дороги, но в Средней Азии, например, это обычное дело. Я пришла по прямой по холмам, конец февраля, зацветающая пустыня, не жарко, очень красиво. Залезла по склону наверх и прямо на автобусную остановку, мужик чуть не упал, как меня увидел. Потом мне сказали, что якобы там могло быть что-то заминировано. Прекрасно посетила тетю и поехала назад. Тетя эта (из упертых советских сионистов-отказников), прожила еще лет 20, умерла совсем недавно. Ее сын - знаменитый одиозный публицист, тоже, кстати, милый человек.

Вы не были в Израиле 3 года, в 2014-м вы тоже приезжали с акустическими концертами. Чем нынешние концерты будут отличаться? Что стоит ожидать от них вашим израильским слушателям? Будут ли новые песни?

Отличаться будут тем, что я буду играть одна и, как обычно на таких концертах, частично читать стишки (если публика не против. Если против - не буду стишки. Новых песен практически нет. Ожидать ничего не стоит. Интересно было бы приехать с группой, которая теперь называется "Умка и Новый состав". Вот там есть чего ожидать. Из прежних остался всем известный Боря Канунников, ритм-секция новая и очень хорошая. Новые варианты старых песен звучат лучше, крепче, по-взрослому, без дураков. Каждый концерт приносит радость. К сожалению, не прибыль. Но кто сказал, что мы должны быть богатыми? Мы ведь всю жизнь делаем то, что нам самим нравится, это уже само по себе большое счастье, а платят, как правило, только за то, что тебе самому противно.

Публикуется по материалам PR-агентства

facebook






  Rating@Mail.ru  
Понедельник, 24 июня 2019 г.
Все права на материалы, опубликованные на сайте NEWSru.co.il, охраняются в соответствии с законодательством Израиля. При использовании материалов сайта гиперссылка на NEWSru.co.il обязательна. Перепечатка эксклюзивных статей без согласования запрещена. Использование фотоматериалов агентств не разрешается.