Между сменой власти и политическим тупиком. Итоги недели

Публикацию подготовил политический обозреватель Newsru.co.il Габи Вольфсон

Два эпизода в момент приведения к присяге депутатов Кнессета 26-го созыва символизировали запутанную до крайности ситуацию, сложившуюся в процессе формирования коалиции. Арабские депутаты, стремящиеся к тому, чтобы быть частью коалиции или ее опорой, покинули зал заседаний Кнессета в момент исполнения национального гимна. Премьер-министр Биньямин Нетаниягу использовал самую нейтральную, аполитичную церемонию этого дня для того, чтобы произнести яростную речь, полную нападок на арабские партии и завершить ее очередным призывом к созданию правительства национального единства. Хаос, характерный для политической системы в период выборов и формирования коалиции, вышел на новый уровень.

Айзенкот получил мандат от президента и не хочет терять время. Если бы это зависело от него, он вполне был бы готов привести к присяге правительство меньшинства уже на этой неделе, возможно одновременно с присягой депутатов Кнессета. Но чем дальше идет процесс, тем яснее становится главе "Яшар", что этот вариант вряд ли реалистичен. Категорический отказ Авигдора Либермана поддержать такую коалицию, усиливающиеся возражения в самой партии "Яшар" и, главное, неуверенность в том, что такая коалиция будет жизнеспособной. Демонстративный выход депутатов от арабских партий из зала во время звучания гимна не улучшил атмосферы вокруг возможности правительства меньшинства.

Возможность коалиции с ультраортодоксами выглядит на данный момент, не менее запутанной, но переговоры там ведутся. Кому-то верится, что эти переговоры продвигаются.

Возможность правительства национального единства, несмотря ни на что, остается на повестке дня. Тот факт, что встреча представителей Нетаниягу и Айзенкота должна была состояться на следующий день после приведения Кнессета к присяге, не понравился многим в "блоке перемен". Встреча была отменена Айзенкотом после крайне резкой речи Нетаниягу в "зале Шагала" в Кнессете, однако последнее слово в обсуждении возможности создания правительства единства еще не сказано.

Биньямин Нетаниягу оказался в крайне непривычной для себя роли – политика, который очень мало может повлиять на происходящее вокруг него. Либерман и Айзенкот раскалывают блок его сторонников, а сделать он, самый опытный в Израиле политик, не может практически ничего. 53 мандата не превратятся в 61, а изрядно подпорченные в предыдущую каденцию отношения, в первую очередь, с Гольдкнопфом, не восстановить быстро. Нетаниягу продолжает оборонительные действия с периодическими вылазками в стан противника.

Айзенкот против Либермана: вынужденное сотрудничество или прекращение огня?

Результаты выборов шокировали Авигдора Либермана. Семь мандатов для партии, 48 для блока – это было гораздо меньше ожидаемого. Едва ли не главным виновным Либерман считал (и вероятно, до сих пор считает) Гади Айзенкота и его кампанию борьбы за место крупнейшей партии. Для Либермана этот результат поставил под угрозу сразу обе цели: политическое устранение Нетаниягу и прокладывание себе пути к креслу премьера.

Ко дню открытия Кнессета Либерман, казалось, немного поостыл. Он встретился с Айзенкотом, согласился на его требование отдать "Яшар" пост спикера Кнессета, получил обещание стать главой временного состава комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне. При этом лидер НДИ отклонил любую возможность сотрудничества с Нетаниягу и арабскими партиями и попросил у Айзенкота не торопиться. "Ты будешь премьер-министром, я приведу тебе харедим, готовь остальные партии блока к компромиссам", – примерно так, вероятно, сказал Либерман Айзенкоту.

11 ноября глава НДИ провел встречу с лидером "Яадут а-Тора". "У меня закончился кофе, наши комнаты рядом, я заскочил одолжить", – объяснил Яаков Ашер. Всякое бывает.

Либерман ведет переговоры с ультраортодоксами. Однако в "блоке перемен" спрашивают – для блока ли он ведет эти переговоры или для себя? Будет у этих переговоров какой-то исход или Либерман даст Айзенкоту провалиться на переговорах, а потом придет как спаситель блока, потребовав взамен ротацию на посту премьера? Глава НДИ категорически отвергает наличие каких-либо комбинаций.

Айзенкот, в свою очередь, ждет, хотя, если бы это зависело от него, он попытался бы привести правительство меньшинства к присяге уже на этой неделе. 48 мандатов "блока перемен" плюс 19 арабских партий привели бы, считают в его окружении Айзенкота, главу "Яшар" в кресло премьер-министра. Либерман хочет голосовать против и помочь Нетаниягу остаться у власти? Пусть голосует, посмотрим, что скажут по этому поводу его избиратели.

Но Айзенкот не решился. Время идти напролом еще не пришло, момент проверки Либермана на выдержку еще не наступил. Глава "Яшар" дал своему союзнику-противнику время, а пока продолжил попытки взять власть через Кнессет.

Беннет-Лапид: ожидание результатов или мины замедленного действия

Нафтали Беннет почти не делает публичных заявлений, а из тех, что делает, нельзя понять его позицию. "Закон о служащих", который он представил в день приведения Кнессета к присяге, не поспособствовал здоровью нервной системы раввинов "Яадут а-Тора", однако разрыв между ультраортодоксами и "блоком перемен" еще слишком велик, чтобы придавать этому закону большое значение. Если договорятся, закон можно будет не продвигать. Если не договорятся – кто о нем вспомнит?

Об этом почти не говорят, но позиция Беннета и Лапида может иметь критическое значение. Глава "Бэяхад" не менее Либермана говорил во время предвыборной кампании о необходимости "демонтажа ультраортодоксальной автономии". Идти в коалицию с "Яадут а-Тора" и ШАС? Поддержать правительство меньшинства? Единство с "Ликудом" и Нетаниягу? Беннет не торопится сообщить о своих предпочтениях, но не закрывает для себя ни одной двери. В политической системе убеждены, что он найдет путь в ту коалицию, которую сформируют Айзенкот и (или) Либерман. Перепалка между Беннетом и Нетаниягу во время речи последнего в "зале Шагала" отдалила возможность союза между ними, но отнюдь не закрыла и эту дверь.

"В израильской политике уже 13 лет существует закон: когда мы с Беннетом молчим, значит что-то происходит", – сказал Лапид на этой неделе. 13 лет назад Лапид и Беннет образовали "братский союз" и вынудили Нетаниягу оставить ультраортодоксов за бортом коалиции. Куда они собираются отправить нынешние коалиционные переговоры? Не уверен, что они и сами это знают.

ШАС и "Яадут а-Тора": вместе, порознь или фрагментами?

В 1996 году ныне покойный Йоси Сарид сказал, что результат МЕРЕЦ на выборах – это ультимативное доказательство существования Бога. Ультраортодоксальные партии в таких доказательствах не нуждаются, но происходящее сейчас бесспорно считают чудом. Почти ни у кого не было сомнений, что в Кнессете 26-го созыва они будут либо в глубокой оппозиции, либо "дальними родственниками" в коалиции светских либералов. Однако результаты выборов и решение, в первую очередь Либермана, отказаться от вето на союз с харедим, сохранив вето на Нетаниягу и арабов, привели к тому, что в "Яадут а-Тора" чувствуют себя как дети, которым разрешили скупить весь магазин игрушек. К такому выводу нельзя не прийти, глядя на ежедневно публикуемые требования на переговорах. От полного замораживания арестов дезертиров и до требования обязаться провести закон, освобождающий учащихся йешив от службы. Все это, разумеется, требования начальной стадии переговоров. Однако они нужны Айзенкоту и Либерману. А ультраортодоксы всегда славились умением извлекать пользу из выигрышных ситуаций. Но есть и немало препон на пути к правительству "блок перемен плюс ультраортодоксы". Главное препятствие: разноголосье в "Яадут а-Тора". По сути, речь идет уже не о двух, а о трех партиях на семь депутатов. Не исключено, что только двое или трое присоединятся к коалиции Айзенкота.

В то время как Яаков Ашер ведет переговоры, его предшественник, Моше Гафни, как сообщает "Кешет", делает все, чтобы эти переговоры сорвать. "Ашер хочет показать Гафни большой кукиш, добившись того, чего не удалось тому – закона о призыве", – сказал мне функционер "Дегель а-Тора". Судя по всему, у Гафни схожие устремления.

И есть еще ШАС. "С "Яадут а-Тора" все продвигается, вопрос в ШАС", – сказал мне источник в среде ашкеназских ультраортодоксов. А с ШАС все действительно очень туманно. Уход из Кнессета Арье Дери мало что меняет – он и за кулисами продолжает руководить партией. А вот готовность перейти на сторону Айзенкота и Либермана – это вопрос, ответ на который может решить судьбу партии. Большая часть избирателей ШАС – в большей степени правые, чем ультраортодоксы. Многие из них на последних выборах отдали голоса "Ликуду" или "Оцма Иегудит". Уход в блок с Яиром Голаном и Гади Айзенкотом может окончательно развалить партию. В то же время, если "Яадут а-Тора" войдет в коалицию, трудно представить, что ШАС останется за ее пределами.

Нетаниягу: оборонительная война или закулисная драма?

Крайне резкая речь, с которой выступил Биньямин Нетаниягу на торжественном мероприятии в "зале Шагала" в Кнессете, была из ряда вон выходящей почти по любому критерию. Ни место, ни само мероприятие – завершающее день приведения Кнессета к присяге – не располагали к контроверсальности, которой была переполнена речь главы "Ликуда".

Премьер-министр нервничает. Он понимает, что на данном этапе не может сформировать коалицию, и очень опасается ситуации, при которой окажется перед фактом приведения к присяге правительства Айзенкота. Поэтому Нетаниягу сформировал, как сообщалось на уходящей неделе, рабочую группу даже не для ведения переговоров, а для мероприятий по предотвращению создания правительства второй стороной. Главным объектом давления являются ультраортодоксы. "Вас обманут, используют, чтобы создать правительство, и выбросят за ненадобностью", – говорят ультраортодоксам. Те, в свою очередь, напоминают, что четыре последних года в правительстве Нетаниягу были лишены каких-либо достижений. Нетаниягу продолжает попытки остановить поезд, который кажется уже отбыл со станции.

12 ноября Биньямин Нетаниягу встретился с Гади Айзенкотом. С одной стороны, это была встреча, состоявшаяся под давлением на премьер-министра. В оппозиции опасаются (или говорят, что опасаются) возможности того, что Нетаниягу начнет "маленькую победоносную войну", чтобы спровоцировать хаос и вынудить Айзенкота пойти на создание ротационного правительства национального единства. Нетаниягу встретился с Айзенкотом – который, отметим, не является ни главой оппозиции, ни министром – формально для того, чтобы проинформировать его о ситуации в сфере безопасности. И, в не меньшей степени, для того, чтобы не разочаровывать президента Ицхака Герцога, который, судя по публикациям, принимал непосредственное участие в подготовке встречи. Нетаниягу и Айзенкот опубликовали совместное и очень мирное заявление и пообещали продолжить контакты по вопросам безопасности.

На данный момент рано говорить о правительстве национального единства. Айзенкот, скорее всего, перепробует все возможности, прежде чем придет к переговорам о правительстве с Нетаниягу. Однако и эту возможность рано полностью сбрасывать со счетов.

Кнессет: недолгий праздник или смена власти?

Как любой военачальник, Гади Айзенкот готовит, по меньшей мере, два плана любой операции. Так он построил и план смены власти. Коалиционные переговоры сами по себе, парламентские шаги сами по себе. Причем, в отличие от коалиционных контактов, в Кнессете лидер "Яшар" открыто пользуется поддержкой арабских партий. И, если судить по результатам недели, этот путь может оказаться весьма успешным.

Получив мандат на формирование правительства, партия Яшар" получила, в соответствии с законом, и руководство организационной комиссией Кнессета, которую возглавил опытный парламентарий Рои Фолькман, в прошлом депутат от партии "Кулану". Одновременно Айзенкот настоял на том, чтобы и спикер Кнессета представлял его партию. Либерман возражал. Айзенкот настоял на своем, компенсировав это постом временного главы комиссии Кнессета по иностранным делам и обороне для Либермана.

На следующей неделе будет избран новый спикер Кнессета Матан Каана. Еще через неделю, 23 ноября, "блок перемен" планирует провести голосование по переизбранию государственного контролера.

С одной стороны, речь идет о важных шагах, которые транслирует и политикам, и общественности: власть меняется. С другой стороны, без правительства, без стабильной коалиции – парламентские успехи будут не более чем тактическими достижениями, ценность которых совсем невысока.