Неделя в кино: Сокурова отменили, Канны откроются страшной сказкой дель Торо
На этой неделе новости культуры в основном приходили из Венеции, где в преддверии открытия биеннале разгорелись нешуточные страсти. Спорный российский павильон, который открылся под кураторством Михаила Швыдкого, вызвал настоящий скандал. Художники и политики возмутились самим фактом присутствия россиян, ведущих пятый год войну в Украине. Возмутилось и жюри, которое должно было раздавать награды. В итоге члены артистического ареопага отказалось включить в голосование и россиян, и израильтян, найдя формальный повод – не будем голосовать за страны, на руководителей которых выданы ордеры Международным уголовным судом.
То, что скандал вокруг российского присутствия на биеннале станет триггером, чтобы "отменить" заодно и Израиль, было ожидаемо. Художественное сообщество продолжает цепляться за пропалестинский нарратив, не щадя живота своего и карьерных перспектив. Испанский актер Хавьер Бардем, например, уже жалуется, что его самого отменили в Голливуде из-за его постоянных антиизраильских акций и призывов к бойкоту. А вот то, что пострадавшим в этом скандале станет режиссер Александр Сокуров, причем не от европейцев, а от своих же, за которых он в меру сил пытается вступиться, выглядит довольно отвратительно. Пока жюри биеннале ссорилось с организаторами, которые твердо стояли на своем решении принять россиян, некоторое количество российских активистов под предводительством культуррегера Марата Гельмана направили президенту смотра Пьетранджело Буттафуоко письмо с требованием отменить выступление Сокурова на семинаре под названием "Инакомыслие и мир". Среди бывших жителей РФ письмо подписали участница группы Pussy Riot Надежда Толоконникова, художница Саша Скочиленко, лауреат "Оскара" Павел Таланкин, художница и активистка Катя Марголис. И хотя встречи "Инакомыслие и мир" под эгидой российских властей выглядят так же нелепо, как Иран, возглавляющий Совет ООН по правам человека, атака российских оппозиционных художников на единственного деятеля культуры, который отваживается говорить правду о происходящем в России, находясь в этой самой России, выглядит, прямо скажем, так себе. Особенно учитывая тот факт, что Александр Сокуров не побоялся открыто поддерживать Сашу Скочиленко, которую в ноябре 2023 года приговорили к семи годам колонии по делу о фейках о российской армии. И поддерживал он ее не из Европы, "сбежав, а там, вблизи зубов дракона", как писал когда-то Наум Коржавин. "Горько все это, тяжко все это", – написал Сокуров в ответ на случившееся и на перфоманс Pussy Riot перед российским павильоном. И добавить нечего.
А на следующей неделе открывается Каннский кинофестиваль. Открывается символически – с показа картины Гильермо дель Торо "Лабиринт Фавна", которая ровно 20 лет назад в 2006 году в Каннах произвела фурор, сорвав 22-минутные овации, но не получив наград. Кстати, в тот год главный приз Канн получила картина Кена Лоуча "Ветер, который качает вереск" о Гражданской войне в Ирландии. Неплохая картина, о которой спустя 20 лет помнят, кажется, только синефилы. А вот "Лабиринт Фавна" до сих пор считается одной из самых значимых лент в истории кинематографа. Дель Торо обновил картину, и покажет ее в Каннах в формате 4d.
"Лабиринт Фавна" – второй фильм в задуманной дель Торо трилогии, которая началась с ленты "Хребет дьявола" 2001 года. Третьей картиной этой трилогии должен был стать фильм "3993", который режиссер так и не снял. И "Хребет дьявола", и "Лабиринт Фавна" формально – жанровое кино. "Хребет дьявола" – хоррор про привидение. "Лабиринт Фавна" – фэнтези. Но и там, и там форма – лишь повод доступным для зрителя языком поговорить о самом страшном, переосмыслить историческую травму фашизма и кровавой войны и предупредить о будущем, которое в начале двухтысячных казалось невероятным, а сегодня стало реальностью: кровавая война (обе картины рассказывают о противостоянии фашиствующих франкистов и партизан), которая перемалывает судьбы детей, мечущихся между немыслимой реальностью и еще более пугающей сказкой. И хотя "3993" так и не был снят, и "Форма воды" (2017) дель Торо, и его "Пиноккио" (2021), и даже не самый удачный фильм режиссера "Франкенштейн" (2025) раз за разом отчаянно пытаются докричаться до взрослых зрителей, показать им их страшный мир глазами испуганного, затравленного ими ребенка.
От хрупкого призрака мальчика Санти в "Хребте дьявола", через отчаянную попытку Офелии в "Лабиринте Фавна" укрыться от жуткой реальности в сказке, которая обернется лишь чуть более утешительным кошмаром, тянется невидимая нить к Существу "Франкенштейна", сотканному из обрывков мертвой плоти павших солдат – невинному созданию, открыто шагнувшему в мир и встретившему лишь жестокость и безразличие. С тем же безразличием мир сегодня продолжает наблюдать за гибелью детей в Украине, отрицать зверства ХАМАСа 7 октября, организованно имитировать заботу о детях Газы и отменять те одинокие голоса, которые в мрачных лабиринтах, выстроенных человеческой жестокостью, продолжают верить в сказочное избавление от страшного. Смотреть "Лабиринт Фавна" сегодня (буквально несколько дней назад я пересмотрела его со своим десятилетним сыном) еще больнее, чем 20 лет назад. Тогда это был фильм о прошлом. Сегодня для моего десятилетнего сына, который каждый день спрашивает, возобновятся ли обстрелы и нужно ли будет снова бежать прятаться в подвал, спасительный мрак таинственного лабиринта совсем не фэнтези. "Горько все это, тяжко все это", – остается повторить вслед за Сокуровым. Который, как и дель Торо, каждым своим фильмом о прошлом надеялся защитить нас от ставшего настоящим будущего и оказался в кишащем монстрами лабиринте.